Сегодня в операционной.
Молодой человек — два рецидива пупочной грыжи за четыре года. Обе операции лапароскопические. После первой — рецидив. Сделали снова лапароскопически. Не прошло и полугода — рецидив снова.
Изучил выписки. Вопросы к предыдущим вмешательствам есть: вероятно некорректно подобранный имплант, и непонятная тактика при повторной операции. При рецидиве после лапароскопии рекомендация стандартная — переходить на открытый доступ. Почему так не сделали — не знаю.
Сегодня выполняем полную реконструкцию передней брюшной стенки. Открытым способом. Надеюсь, это последняя операция по этому поводу в его жизни.
Хочу сказать одну вещь. Слово «лапароскопически» стало звучать как гарантия качества. Пациенты спрашивают первым делом: это будет лапароскопически? Если да — успокаиваются.
Но хирургия передней брюшной стенки сегодня настолько персонализирована, что одному пациенту можно обоснованно предложить три разные операции — и каждая будет правильной в своих условиях. Вопрос не в доступе. Вопрос в том, правильно ли выбраны имплант, техника, тактика — для этого конкретного человека, с его анатомией, с его дефектом, с его историей.
Малоинвазивность — это инструмент. Не синоним «лучше».
---